Tabula Mundi — Старшие Арканы

Путешествие сквозь кротовую нору. Старшие Арканы

Я бы мог замкнуться в ореховой скорлупе и считать себя царем бесконечного пространства…
Шекспир. Гамлет. Акт 2, сцена 2
Есть в мире вещи известные и вещи неизвестные, а между ними — двери.
Уильям Блэйк

К дверям, как известно, требуются ключи. Старшие Арканы, или ключи Tabula Mundi, были созданы посредством медитации на титул каждой карты, букву Иврита, ее зодиакальное или стихийное соответствие и ее путь на Древе Жизни. Таро — это воистину весь Мир в Ореховой Скорлупе. В своей одноименной книге Стивен Хокинг пишет: «Берегитесь кротовых нор: никогда не знаешь, что может появиться оттуда». Лично я бы также поостереглась, чтобы самой не угодить в одну из них!

«Правда состоит в том, что кротовые норы повсюду окружают нас, и лишь их малый размер не позволяет нам их заметить. Они возникают в укромных уголках на изломах пространства и времени», — пишет Хокинг. «Ничто не является абсолютно плоским или цельным. Если вы взглянете с близкого расстояния на что-угодно, то обнаружите сплошные дыры и складки на нем. Это базовые законы физики, и они применимы ко всему, включая время. Даже нечто с виду настолько гладкое, как водный мяч, на самом деле, покрыто мельчайшими трещинками и пустотами. Продолжая уменьшать масштаб, до уровня меньше молекулы, меньше атома, мы дойдем до того, что называется квантовой пеной. Именно в ней существуют кротовые норы. Мельчайшие туннели и проходы сквозь пространство и время постоянно возникают, исчезают и появляются вновь в пределах этого квантового мира. И эти норы реально связывают между собой два совершенно разных места или временных промежутка».

В Старших Арканах Tabula Mundi я попыталась создать рассказ о путешествии Шута, который проходит сквозь такую кротовую нору и находит выход в спиралеобразной фигуре Вселенной. Шут, нулевой аркан, казалось бы, содержащий в себе лишь Ничто, на самом деле, состоит из безграничных возможностей и поэтому может быть связан с любой другой картой колоды. Имея дело с кротовой норой, никогда не знаешь, что может появиться оттуда или куда она может привести.

Леди Фрида Харрис, художница, нарисовавшая Таро Тота, однажды сказала: «Таро подобно Книжке с Картинками, принадлежащей Богу. Его можно сравнить с божественной игрой в шахматы, где козыри играют роль фигур, передвигаемых, в соответствии с их собственными законами, по шахматной доске четырех элементов». В данной колоде путешествие Шута начинается с шага в кротовую нору в пространственно-временной протяженности. По пути он становится свидетелем всего процесса творения и наблюдает нескончаемую панораму ментальных образов: Tabula Mundi, или «картину мира»; Мир (или Вселенную) в ореховой скорлупке. Остерегайтесь кротовых нор, и да начнется путешествие!

Вот мы и опять пришли к бесконечно повторяющейся истории Путешествия Шута…
Однажды было Ничто. Это было Ничто, далекое даже от самой идеи Небытия. Это было Ничто, которого не существовало. Это Ничто было безграничным, а следовательно, непостижимым. Это Ничто излучало свет, и его свечение устремлялось к центру самого себя. Оно сливалось в центре в одну единственную бесконечно сжатую точку. Эта Точка звалась «Я есмь». И была эта точка увенчана Короной о девяти лучах.
Из этого вневременного начала сквозь три покрова Небытия начал свое странствие Шут. На голове его был шутовской колпак с девятью бубенчиками, а в руках — котомка, вместилище четырех ветров. Он сделал вдох и уже вознамерился произнести «Я буду», как вдруг угодил в кротовую нору в бесконечно сжатом центре этого ослепительного Небытия. Становилось все интереснее.

Шут услышал Нечто. Кажется, это была музыка сфер. Он внезапно оказался в центре вращающейся галактики. И тут произошло превращение — из андрогинного существа посреди галактики возник молодой мужчина, держащий эту галактику в руках. Лишь пояс его напоминал о Небытии. Он произнес «Abrahadabra». Котомка с четырьмя ветрами исчезла, но он знал, что ее содержимое оказалось разложено на его столе. Он коснулся диска земли, в то время как взор его погружался в воды чаши, стоящей перед ним. В чаше он увидел отражение Луны. Лунный свет все усиливался, пока уже самой Луны не стало за ним видно. Он закрыл глаза.

Она открыла глаза. Она стояла прямо посреди двух столпов, вытянувшись, словно стрела, в лунном свете. Один столп состоял из тьмы, второй — из света. Обильные воды, окутавшие ее, уплотнялись, закручиваясь в воронки водоворотов. Она ступила на землю и вкусила семян своего сердца.

Семена созрели, она почувствовала их сладость. Трава выросла вокруг нее, и голуби запели. Воды внутри нее стали солеными. Потайная дверь распахнулась, и пчелы вырвались из ее сердца. Роясь в воздухе, они описывали спирали Фибоначчи и улетали на разведку. Пчелы нашли себе дом и поселились в корзине из ивовых прутьев.

Теперь эта корзина, или скорее улей, принадлежит могущественному королю. Пчелы и пасечник взаимодействуют настолько тесно, что входят в симбиоз и становятся единым. Он приходил к ним за советом после битв. Он держал этих пчел, чтобы они напоминали ему о необходимости порядка для грамотного управления государством. Пчелы поведали ему о Хаосе и об Энтропии, о том, что у природы острые когти и клыки, и суровые законы царят в ней. Он сел и задумался об этом.

Он обрел мудрость. Он спустил с небес божественный огнь. Он являл собою закон, объединяющий то, что вверху, и то, что внизу; он был хранителем мистерий. Он учился сам и учил других, пока его душа не разделилась пополам, словно рассеченная Мечем. Он прошел сквозь замочную скважину — и стал двумя.

Он был мужчиной, он был красным львом. Она была женщиной, она была белым орлом. Эти двое были разделены, но все же Высшее Я той единой сущности, которой они когда-то были, венчало их браком. В сладости тантрического объятия они создали медовый элексир. Они разложились на красную кровь и белую клейковину, что спиралью кружатся в великой чаше.

Двое в одном, их куда-то везут. Эта чаша оказалась граалем, перевозимым колесницей сквозь великие толщи воды. Колесничий правил мастерски — он не мог себе позволить обронить ни капли. Это требовало поистине титанического контроля и внутреннего равновесия. Он обратился за помощью к черному и белому оракулам, и те повелели ему испить из великой чаши. Он опустошил чашу до дна. Он закрыл глаза и стал концентрироваться на равновесии. А затем он начал превращаться.

Она обнаружила, что на глазах ее повязка, а сама она балансирует на острие меча. Она уже не просто удерживала равновесие, она стала этим равновесием сама. Она обратилась в танец и стала женщиной удовлетворенной. Внутри она несла семя, зародыш огня. Эта искорка привела в действие механизм нисхождения в материю, и она почувствовала, как возникшее в ней соотношение стихий изменяется. Она становилась странствующим Человеком Земли.

Этот человек, на самом деле, был пророком, сокрытым под капюшоном. Этот человек был пламенем, сокрытым внутри девы. Он все крепче сжимал свою лампу по мере того, как опускался в недра земли. Лампа, казалось, была вместилищем самого солнца, и в темноте это солнце разгоралось все ярче. Лучи света разлетались во все стороны, пока не достигли размеров великого колеса.

Колесо совершило оборот. Чувство, мысль и экстаз сдвинулись с мест. Он вожделел экстаза и почувствовал, как его влечет в сторону красновато-янтарного свечения.

Она сидела верхом на львиноподобном звере, он же Великий Змей. Она испила из чаши экстаза и почувствовала Силу. Зверь был ее, и она наполнялась радостью, ощущая эту страсть и мощь. Ее кундалини проснулась и запустила процесс трансфигурации.

Он очнулся висящим вниз головой над Колодцем Памяти, распятый на Великом Древе. Одним глазом своим он смотрел на закрытое око в источнике. Око распахнулось, и его единственный глаз закрылся навсегда.

Пройдя через смерть, он обнаружил, что от него остался лишь скелет. Он летел верхом на орле-змее над Великими Пирамидами и Нилом. Он достал свой серп и начал вздымать вихри ила из глубины вод. Пузырьки поднимались, и тут, на его глазах, один из них превратился в яйцо, а затем стал великим алхимическим сосудом. Он снова ощутил себя разделенным, но при этом единым существом.

Зеленый лев очутился перед сосудом. Луна служила ей луком, из солнца были стрелы его. Сосуд породил жизнь посредством искусства алхимии.

Они оказались у врат материи, как никогда близко подойдя к свету воплощения. То была земная жизнь, и силы времени действовали в ней. То было воздвижение великого фаллоса.

Фаллос увеличился в размерах и принял вид массивной башни. Башня была увенчана короной с глазом над ней. То была Обитель Божия. Устами Ада служили двери ее. Ударила молния, открылся глаз, и содрогнулась башня. Все сооружение оказалось разрушенным. Осела пыль, и небо расчистилось.

Узрите Твердь Небесную! Бескрайнюю панораму звезд и божественную реку Млечного Пути. Меж вод земных и небесных рек сидит, заслоняя собой горизонт, наша звездная богиня. Она — лазурновекая дочь заката, обнаженный блеск сладострастного неба ночи. Она бесконечна, и нет ничего прекраснее ее. Она омывает себя звездным светом, изливаюшимся из лунной чаши, и льет на воды из чаши солнечной. Все — чистый экстаз, пока вы уже не можете больше сдерживаться. Вы становитесь Звездой.

Вы взираете на полночный мир вокруг с носа призрачного корабля. Вы не пробудились, вам снится это. Пугающие фантомы манят и зовут к себе, пока вы проплываете вратами из рога и слоновой кости. Прилив, отлив… Вы проходите сквозь темную ночь полночного солнца.

Забрезжил рассвет, и на горизонте показалось солнце. Солнечная ладья проплывает во славе по своему зодиакальному кругу. Мировой огонь воспрял ото сна, и вы ощутили, что нечто подобное произошло и с вами.

Вы стоите перед замочной скважиной, заполненной первобытным огнем. На востоке появляется солнечный диск; вы приветствуете Отца, точку в центре круга. Это пламя, горящее в сердце каждого человека и в ядре каждой звезды. Вокруг диска — богиня бескрайнего звездного неба, ваша Мать, небесная царица. На пике восторга от их союза вы входите в химическую реторту, дабы быть поглощенным огнем и возродиться.

В момент рождения вы проходите через портал, который кажется вам одновременно знакомым и неизвестным. Это другая сторона кротовой норы, а Вы — святая дева, величайшая в ночи времени. Эоны пульсируют в вашей крови. Сие есть квадратура круга, завершенное Великое Делание. Это Ничто в своем полном развитии.

А затем Ничто становится несуществующим, — и путешествие начинается заново.
Познай Ничто!

Место, в котором он очутился, было совершенно плоским. В человечьем мире настоящая плоскость встречается редко, потому что дома, деревья, ограды иззубривают ландшафт. Трава и та тянется кверху бесчисленными стебельками. Но здесь, в утробе ночи, среди беспредельной, плоской, влажной грязи, напоминавшей черный творог, зацепиться глазу было решительно не за что. Даже если бы на ее месте простирался мокрый песок, и то бы он нес на себе отпечатки волн, схожие с нашими небными складками.

Лишь одна первородная стихия обитала на этой огромной равнине — ветер. Ибо здешний ветер был безусловно стихией. В нем ощущалось пространность, могущество тьмы. В человеческом мире ветер приходит откуда-то и куда-то уходит и, уходя, через что-то проходит — через деревья, улицы или ограды. Этот ветер приходил ниоткуда. И проходил через плоское ничто в никуда, в некие несуществующие места. Пологий, почти беззвучный, если не считать странного гула, осязаемый, бесконечный, ощеломляющий протяженностью, он тяжко тек над грязью. Его контуры можно было очертить по линейке. Титанические серые линии его шли, не колеблясь и не прерываясь. Можно было повесить на него зонтик за гнутую ручку, и тот так бы и остался висеть.

На этом ветру Король ощущал себя как бы еще не сотворенным. Если не брать в расчет влажной твердыни под его перепончатыми лапами, он обитал в пустоте, в плотной, подобной хаосу, пустоте. Его ощущения были ощущеньями геометрической точки, загадочным образом существующей на кратчайшем пути между двумя другими: или же линии, прочерченной по плоской поверхности, у коей имеются ширина и длина, но никакого объема. Никакого объема! Да ветер и являл собою объем в чистом виде! В нем были мощь, текучесть, сила, устремленность и ровность мирового потока, неуклонно изливающегося в преддверия ада.

Т.Х. Уайт, Король былого и грядущего, Книга Мерлина

Перевод AvAdon

Взято с сайта sunny night epoch

.

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться для отправки комментария.

Войти в личный кабинет
Вводный урок
Рубрики
Баннеры
Это интересно
Inverted Tree
Мои читатели


free counters
error: Content is protected !!